Неделя с ТМК. Выпуск №21 (219)
0:00
/
Сегодня имя Лариона Лугинина помнят только специалисты по истории промышленности XVIII века и уральские краеведы. Современники воспринимали его как выдающегося предпринимателя, который не боялся противостоять богатейшей на Урале династии Демидовых. В XIX веке Лугинина упоминал в записях при подготовке «Истории Пугачева» Александр Пушкин.
Неподалеку от Тульского кремля стоит первый корпус Тульского государственного педагогического университета имени Льва Толстого. Здание корпуса построил глава города Ларион Лугинин.
«Подъезжая к воротам, которых тяжелый груз арки будет висеть над головою вашею, вы догадаетесь, что они ведут к зданию несравненно обширнейшему обыкновенных домов… Вы не ошибетесь, потому что оригинальность его заключается в разительном контрасте с новейшими зданиями… Дом не лишен той величественной физиономии, которая поражает вас и задерживает внимание ваше… Нам не один раз случалось слышать восторженные похвалы этому дому, высказанные знатоками дела; по мнению их, тульский палаццо имеет много сходного с московским кремлевским дворцом», — писал тульский историк XIX века Николай Андреев.
Герой нашего материала принадлежал к династии потомственных предпринимателей, которую основал Корней Лугинин. Он упоминается в списке 300 преуспевающих купцов, обязанных по указу царя Петра I переселиться в Санкт-Петербург.
Про свою семью Ларион Лугинин писал: «Покойный отец мой, тульский купец Иван Лугинин, с самого начала заведения Санкт-Петербурга, потом и я с ним вместе производили знатную торговлю при сем Санкт-Петербургском, так и при всех других портах и пограничных местах... Таковым целого почти века трудолюбием и доброю с стороны дома нашего верою учинили мы дом свой вне и внутри государства знаменитым. И должно признать, что приобрели мы и себе довольно знатные стяжания».
Иван Лугинин занимался торговлей и промышленностью. В 1749 году он основал фабрику по выпуску полотна в селе Алешня неподалеку от Тулы. Предприятие имело монопольное право поставлять паруса для русского флота. Иван Лугинин управлял фабрикой с единственным сыном Ларионом 1721 года рождения.
Помимо производства парусины Иван Лугинин уделял внимание металлургии. Купец пытался приобрести Дубненский железоделательный завод у владевшего им Федора Мосолова. Купцы не сошлись в цене, но идею владеть металлургическим предприятием Иван Лугинин не оставил, позже ее перенял сын Ларион.
Интересы Лариона Лугинина долгое время ограничивались сырьевыми товарами — пенькой, юфтью или бычьей кожей, салом, щетиной и полотном. Обозы с продукцией направлялись в Европу, Китай, Персию. В 1756 году Ларион начал строительство каменного храма Покрова Пресвятой Богородицы в Тульской области, который сохранился до наших дней.
Для улучшения финансового положения в 1769 году купец вступил в «Средиземноморскую торговую компанию». Организация работала с итальянскими партнерами, а среди акционеров была императрица Екатерина II. За активное участие в жизни компании Лариона Лугинина прозвали «русским львом внешней торговли».
В 1768 году Ларион Лугинин купил у графа Александра Строганова Троицко-Саткинский чугуноплавильный завод, а в 1769 году приобрел Златоустовский железоделательный завод у Василия Мосолова. Эти годы стали началом развития купца в сфере металлургии.
Побывавший в 1770 году на Южном Урале секретарь Академии наук Иван Лепехин упоминает предприятия в «Дневных записках... по разным провинциям Российского государства». Он подробно говорит о техническом оснащении Троицко-Саткинского чугуноплавильного завода, где имелось две домны (действующая и запасная), три молотовых фабрики (цеха) с девятью работающими молотами и тремя резервными, и девятью горнами, а также кузница с шестью горнами, пильная и мучная мельницы. Чугуна выплавлялось до 120 тыс. пудов (около 2 тыс. тонн) в год, сырье поставлялось с находившегося в 16 км рудника. Добычу вели, взрывая горную массу порохом.
Иван Лепехин описывает и Златоустовский железоделательный завод, упоминая главную особенность предприятия — переработку как железной, так и медной руды. «Оне вместе и медеплавильный и железоделаемый завод. Для выплавки меди особливая построена медеплавильня с 6 плавильными печами и 4 горнами для перечистки меди; особливая вододействуемая толчея для мусору и медных руд, с 10 пестами; для железных руд заведены 2 домны; молотовых 2 амбара, в которых 4 действительных молотов и 1 запасной, так же и 4 горна; особливая фурмовая фабрика; кузница для дела новых и починки старых инструментов с 9 горнами; лесопильная мельница о двух рамах; так же и мушная мельница об одном поставе, и меховая фабрика», — говорится в его записях.
В 1773 году Ларион Лугинин направил Екатерине II прошение о сооружении медеплавильного предприятия на реке Миасс. Дата подписания указа о разрешении стройки считается днем основания города Миасса, крупного индустриального центра Челябинской области. Коррективы в планы внесло восстание Емельяна Пугачева. Отряды повстанцев сожгли заводы Лариона Лугинина.
Убытки оценивались в 393 тыс. рублей: «Принадлежащего к заводам на 550 709 рублей, собственного на 210 195 рублей 90 копеек; а с иными на 189 391 рублей 90 копеек, и убито мужеского полу собственно заводских покупных людей 3681 человек».
Для восстановления Лугинин получил у государства ссуду в размере 102 тыс. рублей на 10 лет и без взимания процентов. Ему также приписали 2 тыс. государственных крестьян. В 1776 году купец и металлург перезапустил оба завода.
Однажды на Троицко-Саткинском чугуноплавильном заводе размыло плотину. Вода унесла короба с древесным углем и заготовленным лесом, а также другие запасы. Тогда Ларион Лугинин попросил отсрочку по взысканию недоимки по десятине и добился освобождения от уплаты налога на 10 лет. Предприниматель был вынужден снова восстановить и перезапустить предприятие.
Попутно Лугинин возводил Петропавловско-Миасский медеплавильный завод, который в 1777 году выдал первую партию красного металла. Для обеспечения предприятий рабочей силой он перевел мастеров с Верхне- и Нижнечугунских, а также Корельского чугуноплавильных заводов, приобретенных в 1772 году у Прокофия Демидова (см. материал «Металлургия вне Урала: как создавался промышленный кластер в Нижнем Новгороде»), а также покупал крепостных в Рязанской, Тульской и Пензенской губерниях.
Предприниматель нанимал и свободных людей, как-то отметив: «Исправный человек ни за какие деньги в заводскую работу идти не согласится». Оплата труда была невысокой: «Плата за работу производится мастеру 20, работнику 8 коп. с пуда (16 кг). Сталь истинной ценой обходится около рубля каждый пуд».
В 1777 году Лариона Лугинина избрали на три года первым в истории Тулы городским главой. На тот момент его состояние оценивалось в 2,5 млн рублей.
Право на участие в выборах имели только «настоящие городские обыватели», достигшие 25-летнего возраста и обладавшие годовым доходом не менее 50 рублей ассигнациями. Из 20 тыс. жителей Тулы таковых набралось несколько сотен человек.
За должность главы города не полагалось жалованья, зато ее носитель брал на себя хлопоты по благоустройству Тулы. Точных сведений о деятельности Лариона Лугинина на посту градоначальника не сохранилось. Известно, что после выборов он передал 5 тыс. рублей на открытие богоугодного заведения при Приказе общественного призрения. Губернское учреждение курировало народные школы, госпитали, приюты для больных и умалишенных, больницы, богадельни и тюрьмы.
Ларион Лугинин не оставил бизнес на посту главы Тулы. Он планировал соорудить еще два металлургических предприятия — Кусинский и Артинский железоделательные заводы, под них была выделена земля. Задумку не удалось воплотить в жизнь — в 1785 году Ларион Лугинин неожиданно скончался. Амбициозные проекты реализовывали его сыновья.
