Неделя с ТМК. Выпуск №27 (225)
0:00
/
Первая половина 2026 года стала для российской черной металлургии периодом адаптации к существенно более низкому уровню спроса. Отрасль вступила в этот год после тяжелого 2025 года, когда внутреннее потребление стальной продукции, по различным оценкам, упало на 14%, до 38,9 млн тонн — минимума с 2011 года. Прогнозы на вторую половину 2026 года остаются сдержанными.
Статистика первых месяцев подтвердила, что спад продолжился. По данным «Корпорации Чермет», уже в январе производство стали в России снизилось на 5%, до 5,6 млн тонн, выпуск готового проката — на 2%, до 5 млн тонн, а труб — на 17%, до 700 тыс. тонн. Сокращение затронуло и сырьевую базу: добыча железной руды уменьшилась до 9,1 млн тонн, производство кокса — до 2 млн тонн.
В феврале российские предприятия выпустили 4,9 млн тонн стали, 4,3 млн тонн готового проката и 0,6 млн тонн труб. Год к году выпуск стали снизился на 11,9%, проката — на 7,7%, труб — сразу на 36%. К концу первого квартала спад приобрел системный характер: за январь—март выплавка стали сократилась на 10,4%, до 15,6 млн тонн, а выпуск готового проката — на 6,4%, до 14 млн тонн. В апреле производство стали снизилось на 7,6%, а выпуск готового проката за январь—апрель — на 6,9%, до 18,5 млн тонн.
Проблема первой половины текущего года заключалась не только в производстве, но и в потреблении. По предварительным оценкам MMI, спрос на плоский прокат в первом квартале мог сократиться на 12%, на сортовой — на 9% год к году. В марте падение спроса могло быть еще глубже. Фактически сезонный строительный фактор, который обычно поддерживает рынок весной, в 2026 году сработал слабее обычного.
На внешних рынках ситуация также была неоднозначной. С одной стороны, экспорт оставался способом компенсировать слабость внутреннего спроса. В частности, в январе—апреле 2026 года Россия увеличила экспорт стальных заготовок в Турцию в 2,3 раза, до 474 тыс. тонн, заняв первое место среди поставщиков этого сырья. С другой стороны, к июню торговля заготовками в Турции замедлилась, а экспортные цены на российские полуфабрикаты в портах Черного моря снизились до $480–485 за тонну.
Главным «регуляторным» сюжетом первого полугодия стало обсуждение изменения налоговой нагрузки для металлургов. Минпромторг России предлагал перенести на конец 2026 года сроки уплаты акциза на жидкую сталь и НДПИ на железную руду, а также освободить от акциза на три года стратегические инвестпроекты после завершения инвестиционной фазы. Однако позиция Минфина России оставалась жесткой: снижение налоговой нагрузки для всей черной металлургии ведомством не поддерживалось, а помощь «должна быть точечной» для конкретных предприятий и проектов, если они докажут тяжелое финансовое положение и социально-экономическую значимость.
Вторым направлением обсуждения стал акциз на импортную сталь. Правительство рассматривало этот механизм как способ выровнять условия для российских производителей и импортеров. Вместе с тем, такая мера может оказаться эффективной не для всех видов продукции, тогда как более сильным решением для отрасли была бы корректировка или отмена акциза на жидкую сталь. Выпадающие доходы бюджета в этом случае оценивались в 50–55 млрд рублей в год.
К апрелю Минфин России подготовил законопроект об акцизе на импортную сталь, а к концу мая продолжалось межведомственное согласование формулы, привязанной к конечной продукции, произведенной с использованием жидкой стали. При этом 24 июня министерство подтвердило, что цену отсечения в формуле действующего акциза на российскую жидкую сталь менять не планируется, а решение по импортному акцизу ожидается осенью в рамках бюджетного цикла.
Прогнозы на вторую половину 2026 года остаются сдержанными, но уже не выглядят исключительно кризисными. Участники рынка и аналитики не ждут быстрого восстановления. Высокая ключевая ставка Банка России, слабая активность в строительном комплексе, дорогие кредиты и крепкий рубль продолжают давить на спрос и экспортную маржу.
Однако во втором полугодии отрасль может подойти к фазе стабилизации. Ее возможными опорами могут стать эффект низкой базы, частичное оживление инфраструктурных и промышленных проектов, постепенное смягчение денежно-кредитной политики, ослабление рубля и защитные меры против импортной стали. Осторожный оптимизм участников рынка связан не с ожиданием быстрого разворота, а с надеждой на прохождение нижней точки летом и постепенное улучшение спроса ближе к третьему–четвертому кварталам.
Участники рынка стальных труб тоже надеются на постепенное восстановление спроса начиная со второго полугодия 2026 года. Так, по оценке генерального директора ТМК Сергея Чикалова, за первые четыре месяца текущего года наблюдалось некоторое снижение темпов падения потребления, а также появились признаки формирования отложенного спроса в потребляющих отраслях, в первую очередь в нефтегазовом секторе.
